prisagaПринятие присяги, прежде всего, означало, что мы можем больше не тренироваться шагать на плацу с утра до вечера, а заниматься менее неприятными солдатскими делами – уборка территории, ежедневная стирка и пришивание подшивок на воротники по вечерам и занятия, которые мы должны были проходить, чиста оружия, его разборка и сборка, изучение его так называемых тактико-технических характеристик (ТТХ). Но всё это уже началось бы с роты, хотя и на карантине, находясь в учебной роте, мы кое-как вроде бы изучали ТТХ и прочие премудрости, которые сводились в самом тупом объяснении сколько звездочек на пагонах какое звание обозначают. Эти занятия в основном проводили сержанты и изредка некоторые офицеры или прапорщики. После перехода же в обычную роту нам говорили, что это изучение будет более подробным. Это предполагало быть более интересным, поэтому и ждали перехода в роту, а до этого предшествующего ему принятия присяги.

Шли дни и наступил день присяги, до которого отстреляв всего четыре патрона из семи положенных и прошагав километров десять по пустынной степи, через окраины Восеъского района, близлежащие кишлаки, шаткий мост через какую-то практически пересохшую речку и соляные рудники, проведя до полуночи время за шитьём подшивок к парадной форме, мы наконец вздохнули с надеждой на более спокойную службу.

Когда пытаюсь вспомнить день присяги сегодня, то перед глазами возникают сразу несколько сцен – машина одного из офицеров – заместителя командира части по тылу, который не только выгружает продукты, предназначенные для дня присяги солдатам, но и загружает пару мешков и емкости с чем-то вроде растительного масла в свою личную машину, после этого перед глазами возникает плов, явно приготовленный с таким микроскопическим количества масла, что он больше был похож на вареный рис, затем радостные лица некоторых сослуживцев, которые снова увидели своих родных. Помню также и небольшой концерт, в котором пели какие-то ребята, которые при виде солдат явно были счастливы, что армейские будни обошли их стороной. И, конечно же, человек 50-60 родственников солдат, которые пришли посмотреть на принятие присяги. Тут я даже обрадовался, что мои родители живут далеко и не участвуют здесь, потому что при моём виде пусть даже и в парадной форме им бы точно стало плохо, хотя уже на второй день службы отец приехал ко мне, чтобы повидаться. От этого, с одной стороны, я снова затоскал по дому и семье, а с другой стороны, поднялось настроение, что спокойной и без смущения смогу тупо прошагать, прочитать пусть и адаптированную под себя присягу и готовиться к переходу в роту.

Стоит отметить, что армия не бывает без курьёзов. Присяга тоже не является исключением, оказывается. Моё исправление в тексте присяги никто так и не заметил, потому что другие его исказили настолько, что попросту читали Бог знает что! Были и некоторые ребята, которые даже под палкой сержантов не смогли выучить текст присяги, а в день принятия присяги один из них прошагал к столу, на котором была “папка” с надписью “Воинская присяга”, взял ее в руки, забыл напрочь и небольшой всё же выученный отрывок текста присяги, из-за чего простоял немного молча, положил “папку” на место, повернулся обратно и вместо подсказываемых офицером за спиной фразы “Ба Ватанам содикона хизмат мекунам” (типа “Служу Отечеству”), громко произнёс “Ба Худо, хизмат мекунам!” (“Богом клянусь, буду служить!”). Тогда это вызвало смех и все поняли, что перед ними не взрослые мужчины, дающие клятву верности Родине и её защите, а еще дети, которые сами пока толком не осознали чего они хотят от службы в армии и как именно смогут защитить Родину. С другой стороны, многие и без всего этого понимали тогда и понимают сейчас, что основная часть солдат призываются против их воли путем периодических “облав” военкоматов. Во время службы я как-то решил покопаться в этом вопросе и в результате оказалось, что путем “облав” на службу попали почти 70-80% всех солдат. Добровольцев можно было сосчитать лишь по пальцам. Основная часть солдат попадала на службу против своей воли, чем частично можно и объяснить столь частые побеги солдат из воинских частей.

А пока мои сослуживцы один за другим устраивали представление на радость родственникам, незаметно прошел и весь день. Не заметил как уже оказался в строю и мы мирно прошагали к столовой. Стоит сказать, что в столовой мы никогда не умещались полностью и поэтому приходилось командирам делить весь солдатский состав на два-три потока и заводить в столовую по очереди. Столовая не резиновая и, естественно, день присяги каким бы праздничным ни был, не стал исключением и пока одна группа солдат кушала сухой праздничный плов, другие тихо ждали своей очереди. Было интересно наблюдать за прапорщиком, который в этот день дежурил в столовой – худощавый мужчина лет 50 с проседью в волосах и серо-белыми усами, который стоя у входной двери  столовую считал каждого, кто войдет и следил, чтобы один и тот же человек не вошел два раза. Это делалось прежде всего потому, что еду готовили в соответствие со списком солдат, который предоставляли заранее командири рот и если кто-то войдет несколько раз, то остальным могло не хватить. Словом, почему то в этой части и без того практически все недоедали. Рацион нельзя было назвать богатым – сечка и перловка были основными видами пищи. Только иногда – очень редко, был суп из красной фасоли. Этот суп обожали все солдаты без исключения! Наверное потому, что чувствовался привкус мяса. Кстати говоря, в других местах я такой не ел – только в той самой первой воинской части.

Так и прошел день присяги, а вечер уже был обычный – такой же как и все остальные дни. На счет этого наш замполит тоже как-то говорил снами. Вернее начал он с вопроса – “Вы знаете сколько длиться служба солдата?”. Мы, честно говоря, были немного удивлены, ведь и дураку же ясно, что 730 дней, если служишь два года и 365 дней, если служишь год. Но мы решили помолчать, потому что ясно было, что вопрос с подвохом. Не получив от нас ответа после недолгого молчания от сам ответил – “Служба солдата длиться один день!” и, заметив наше замешательство, добавил – “это потому, что каждый день солдата ничем не отличается от предыдущего – распорядок дня каждый день один и тот же. Поэтому не волнуйтесь, не думайте ни о чем, просто смиритесь с этой монотонностью, тихо и мирно отслужите каждый свой день и вы глазом не моргнете, как вся служба пройдет”.

В общем смысле, думаю, он оказался прав!

2 КОММЕНТАРИИ

    • Всему своё время. Да и дедовщины в том виде какой ее представляют многие по сути уже нет. Есть кое-где ее остатки и проявления, но не во всей системе, а там, где меньше всего контроля над старослужащими

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.