… Еще долго она не могла найти способ с этим выжить, пока ее организм и непостижимая особенность ее психоэмоциональной конструкции не перевернула быль в небыль, открыв ей тем самым запасной кислородный баллон, спасительно расслоив ее реальность на жизнь до — пробел — и после. И только застрявшее чувство конечности всего, что имеет начало, как отпечаток, накладывалось на все проявления ее жизни, не помогая ей ничем и не освобождая ни от чего. И ясное осознание того, что сколько бы ты ни умирал, жить — это единственное, что ты можешь, должен и способен делать качественно и это единственное протяженное настоящее…
Из цикла «Письма в никуда»